Беременные школьницы в СССР: как травили «Лолит» за их раннее материнство

После нашего материала про забеременевшую в 11 лет девочку из Красноярска в откликах одни читатели написали, что в советское время такое невозможно было бы даже представить. Другие им оппонировали — да перестаньте, рано рожали во все времена. Но да, в СССР ставшие мамами в старших классах школы подвергались гонениям со стороны педагогов и травли одноклассников. Как жили в 1970–1980-е молодые мамочки и как складывалась их дальнейшая судьба?

30 мая 2022

Беременные школьницы в СССР: как травили «Лолит» за их раннее материнство

«У меня однажды была на приеме женщина лет 40, которая всю жизнь занималась позицию снизу. Сначала интересы мужа, потом детей, потом родителей, потом только ее. Ее добротой пользовались все окружающие. Всем надо было угодить, всем быть хорошей и нужной. И когда мы начали раскапывать природу этого, выяснилось, что она родила первого ребенка еще в школе. Сейчас этим уже никого не удивишь. А в 80-е роженица- десятиклассница была нонсенсом, позором на школу, скандалом в районо. Вмиг из любимой девочки, отличницы она превратилась в человека второго сорта, с которым можно было и разговаривать через губу и не обращать внимание на то, что она там думает, — рассказывает психолог Анна Селиверстова. — И несмотря на то, что ее женская судьба сложилась хорошо, она в итоге вышла замуж за парня, от которого родила, шлейф, что она сильно провинилась перед всеми, что она простите, „замаранная“ преследовал ее всю жизнь».

В основе этой истории, как и во множестве подобных других, лежит тотальное отсутствие хотя бы какого-либо сексуального воспитания в школах, — уверен психотерапевт.

Об отношениях мужчины и женщины в 70–80-е годы не говорили ни в каком виде, вплоть до того, что учителя на уроках могли на голубом глазу заявить, что дети появляются от почкования. Лишь бы не дай бог, не трогать тему секса. В старших классах проходили анатомию и физиологию человека, но не касались естественных отношений между девушкой и парнем. Даже обычную дружбу юноши и девушки высмеивали: сначала школу закончите, а потом тут обнимайтесь!

«Был 1977 год. В сентябре я пришла в выпускной класс и заметила, что моя подруга Валя вернулась после каникул в расшитой по бокам школьной форме. «Грудь сильно выросла за лето!»- усмехнулась она. А через две недели ее увезли в инфекционку с механической желтухой. Мать вызвала «скорую», когда дочь резко пожелтела. Какого же было ее удивление, когда в больнице врач заявил, что Валя вообще-то не седьмом месяце беременности, а болезнь развилась потому что девочка носила сильно утягивающий бандаж, это он дал такие осложнения на печень, — рассказывает Светлана Каримова. — Чтобы вылечить заболевание, нужно было срочно вызывать роды. Мальчик родился семимесячным, с большой головой. И мы, глупые 16-летние дети, ее подружки решили проведать мамочку в роддоме. Принесли конфет, игрушек. Она смотрела на нас из окна и ревела. Опухшая, только что родившая. «Я хотела, чтобы он умер при родах! Он мне жизнь сломал», — заявила она, когда мы спросили про малыша. Мы обомлели.

А на следующее утро в школе случился скандал. Узнав о том, что мы, десятиклассницы пошли проведать в больнице роженицу, нас с родителями вызвали к директору. На нас орала она, потом классная руководительница, затем подключилась завуч.

«Раз вы пошли в больницу к НЕЙ, то вы сами такие же шалавы! Родите в школьной форме!» — заявила наша классная руководительница, которая на минуточку, в этот момент сама была беременной. На что одна из наших мам не выдержала и заявила: «Постыдились бы такое говорить, сама ребенка под сердцем носишь!»

Но на этом скандал не закончился. Районо потребовало, чтобы мы написали объяснительные, с кем видели Валю и что она рассказывала о своих контактах. Это был так стыдно! Только гораздо позже вспомним какие-то детали, я поняла, что, Валя, скорей всего, стала жертвой если не изнасилования, то сильного принуждения со стороны взрослого мужчины. Но из-за того, что все боялись говорить, а молчать было проще, ситуация вышла из-под контроля и закончилась вот так.

 А скандал тем временем набирал обороты. Из местной женской консультации к нам вызвали гинеколога и прямо на диване в кабинете директора нас осмотрели. Родителям выдали официальные справки, что мы девственницы, чтобы так сказать, предупредить еще один такой позор».

Мария Воробьева сдавала выпускные экзамены в школе в 1984 году на седьмом месяце беременности. В конце лета на свет появился Гриша, обожаемый сын.

«Я долго встречалась с парнем на два года старше Мишей, он заявил, что после одного раза ничего не будет, мы и попробовали. Когда у меня не пришли месячные, мне стало так страшно, что я аж задыхаться начала. И тут же пришла паника, надо что-то делать! Я прыгала через козла на физкультуре, вызвалась мыть окна в классе и оттуда сигала вниз, я лежала в горячей ванной, в общем, все дикие способы, которые мне советовали подруги, я испробовала на себе. Ничего, разумеется, не помогло. Матери я призналась, когда уже было 5 месяцев, — рассказывает Маша. — Отец меня ударил по голове, тут же посадили под домашний арест, а в школе сказали, что я заболела. Через несколько дней мать повезла меня вечером в больницу. Мы зашли через какой-то хозблок в гинекологию, чтоб нас никто не видел, где мама сунула врачу в карман 3 рубля и сказала ждать».

Родительница договорилась с гинекологом о том, что вызвать искусственные роды, но врач, осмотрев школьницу покачал головой: не возьмусь. Она худая, плюс, анемичная, плод большой, если что случится, меня посадят!

Так и решилась судьба Гриши, решили рожать.

«Со мной резко перестали общаться все одноклассники, зато писали мне на парте карандашом разные гадости, — продолжает Маша. — Или кто-то звонил по телефону, обзывал последними словами и бросал трубку. Дети жестокие! Меня не вызывали к доске, не спрашивали домашнюю работу, я как будто стала невидимой. Что касается моего парня, тогда не было такого понятия, как посадить за связь с несовершеннолетней. Хотя может быть уголовная статья и была, но для всех было важнее общественное порицание. Мало того, что тебе 16, у тебя токсикоз и тебя все ненавидят, нужно было чтобы ты как будто извинялась за свое положение. Искупила его. Только вот как? Последние месяцы школы я уже ходила на уроки абы как, но то унижение, когда ты считаешься прокаженной, помню до сих пор. Мишу в итоге заставили на мне жениться, но через два года брак благополучно рухнул, но зато для всех мы «прикрыли грех».

«О том, что моя старшая сестра Вероника на самом деле моя мама, я узнала в 15 лет, подслушала разговор бабушки с дедушкой. Оказалось, моя мама родила меня в 14 лет, по закону, она не имела права воспитывать меня, поэтому меня усыновили ее родители, — рассказывает Кристина Мамаева. — Узнав о беременности, старшую дочь отправили в какой-то райцентр из Краснодара, где она родила, а оттуда уже вернулись всей семьей. Мол, вот взяли девочку из детдома. Как объяснили мне „мои родители“ они посчитали, что так будет лучше для всех. Они хотели, чтобы Вероника получила образование, вышла замуж, прожила счастливую жизнь. Ранняя беременность мгновенно спускала ее вниз по социальной лестнице — учеба в вечерней школе, не вуз или курсы каких-нибудь счетоводов-бухгалтеров, предубеждение со стороны мужчин. А я до сих пор отношусь к Вероничке как к сестре. Ну, какая она мама?!»

Школьные педагоги и психологи, с которым нам удалось поговорить, сходятся во мнении — в СССР действительно, как могли, замалчивали тему секса. В учебниках анатомии главы про половую систему и размножение человека не существовало до середины 1980-х годов. В статье «половая жизнь» в Большой советской энциклопедии 1940 года говорилось о необходимости «разумного переключения полового влечения в область трудовых и культурных интересов» и подчёркивалось, что в СССР нет сексуального вопроса.

Любое изображение мужских или женских половых органов приравнивалось к порнографии, за это могли посадить. Все моменты, которые могли затронуть сферу личного, выносились на товарищеский суд. Доходило до такого, что именно суд решил, с кем из двух женщин остаться зарвавшемуся ловеласу.

Много для сексуального просвещения в 1970–1980-е годы сделал психолог и сексолог Игорь Кон.

«Можно ли решить проблему ранней беременности только моральными наставлениями о девичьей чести и целомудрии? Безусловно, нельзя. Нравственное воспитание не заменяет информации о противозачаточных средствах. Дефицит такой информации и самих контрацептивов повышает не уровень общественной морали, а число абортов (СССР занимает по этому показателю одно из первых мест в мире) и исковерканных судеб юных матерей и их младенцев. Более всего внебрачных рождений приходится на возраст 15—19 лет», — писал Игорь Кон в «Психология ранней юности».

С середины 80-е годов, когда резко увеличился рост ранних абортов, в министерстве образования заговорили о введении предмета «Сексуальное воспитание», но просвещали, в основном, только в городских школах. До райцентров и поселковых школ смелая инициатива не дошла.

Весомым триггером о том, что об этом, о сексе и методах предохранения, надо говорить послужил кинематограф. В 1988 году на экраны вышел фильм «Маленькая Вера», где сексуальная свобода была провозглашена как одна из главных. Появлялись видеомагнитофоны, и молодежь «дорвалась» до эротического кино. «Греческую смоковницу» на кассете передавали из рук в руки, чтобы посмотреть на жизнь девушки, приключения которой сейчас бы никого не удивили.

Повлияла ли на молодежь в лучшую сторону такого рода просвещение, сказать трудно. Но истории о затравленных беременных школьницах со временем остались в прошлом.

Фото: Хачатрян М./Фотохроника ТАСС

Источник: woman.ru

Рекомендованные статьи